Переломный год. Часть 17

* * *

А в последний день 1917 года произошла страшная, известная с тех пор всему Донбассу, да и всей Украине, трагедия на Ясиновском руднике. Нет надобности автору этой книги самому пересказывать ее, ибо о ней написано уже много разными журналистами и писателями. Но лучше всех, мне кажется, поведал о ней в очерке «Ясиновская легенда» наш земляк, классик советской литературы, автор прекрасной «Повести о суровом друге» Леонид Михайлович Жариков. Вот отрывок из этого очерка:

«...атаман Каледин послал в Донецкий бассейн карательный отряд под командой есаула Чернецова с приказом разогнать Советы, жечь дома, расстреливать рабочих-революционеров.

Был канун 1918 года. На Ясиновском руднике, неподалеку от Макеевки, шахтеры-красногвардейцы, плохо вооруженные, разутые и голодные, поднялись по тревожному гудку на защиту свободы.

Целый день шел неравный бой с калединцами. Призывно трубил на всю степь шахтерский гудок, привлекая на помощь углекопов с соседних рудников, и трепетал на ветру изорванный пулями красный лоскут с огневой надписью: «Умрем за коммуну!»

На вершине террикона рабочие установили старенький пулемет, и шахтер, бывший солдат, губительным огнем косил цепи наступающего противника. Калединцы несли урон и приходили в ярость.

Под вечер врагам удалось ворваться на рудник, и они стали рубить шашками всех, кто попадался под руку, приговаривая: «Вот вам свобода, вот вам коммуна!»

Оставшихся в живых углекопов окружили и приказали коммунистам выйти из строя. На мгновение замерли ряды защитников. Есаул Чернецов повторил приказание, и тогда шахтеры всей шеренгой, как стояли, плечом к плечу, шагнули вперед.

- Ах, так... Все коммунисты? Ну все и отправляйтесь на тот свет!

Хлестнули в упор пулеметные очереди, началась дикая расправа. Штыками выгоняли из землянок женщин и детей, швыряли бомбы в ствол шахты, чтобы не вышли даже те, кто работал под землей.

Калединцы разгромили рудник, сожгли контору. Чернецов велел снять с кочегарки гудок, чтобы навеки онемела шахта. Гудок бросили в глубокий шурф и следом столкнули в ствол пустую вагонетку... но в ту же ночь, перепугав карателей, загудел в тревожной тьме знакомый хрипловатый ясиновский гудок.

В слепой ярости Чернецов приказал выкатить пушку, и казаки стали бить по шахте прямой наводкой, чтобы даже стены превратить в руины. Стреляли до тех пор, пока гудок не захлебнулся в предсмертном крике и не умолк. Но предание гласит, что с той поры каждую ночь, точно стон, точно песня, зовущая в бой, гудел и гудел в степи раненый шахтерский гудок. И люди верили: борьба не кончилась, победа придет.

Николай Хапланов "Макеевка История города (1690-1917) Книга 1"

 
Интересная информация? Поделись ей с другими: