Переломный год. Часть 6

В мае состоялись досрочные выборы Макеевского районного Совета. Заместителем председателя вместо эсера Леконта был избран большевик Федор Рябцев. Вскоре Совет принял еще одно, давно ожидаемое, тоже не раз поднимаемое на забастовках решение, обязывающее горнопромышленников и заводчиков увеличить зарплату рабочим, занятым на тяжелых работах, на 40 процентов, оплачивать труд женщин и детей наравне с мужчинами, выплачивать рабочим квартирные в размере 15 рублей в месяц, а холостякам - 5 рублей. Кроме того, предприниматели должны были выдавать рабочим бесплатно топливо и воду.

Вот что писала об этом периоде в 1967 году в статье «Под влиянием большевиков» кандидат исторических наук М.Я. Запорожец:

«Советы строго контролировали и продовольственное дело. Находившиеся в магазинах товары и продукты были взяты на учет и отпускались только с ведома продовольственной комиссии Совета и по установленным ценам. Бюро продовольственного комитета возглавил член районного комитета С.Д. Кочеров. Продовольственный комитет заботился о создании фондов хлеба и других продуктов, реквизировал в помещичьих имениях и хозяйствах кулаков запасы продовольствия.

Одним из своих решений Совет ввел чрезвычайный налог, которым были обложены горнопромышленники и торговцы. Собрав деньги по этому налогу, продовольственный комитет направил своих уполномоченных в сельскохозяйственные районы для закупки хлеба и других продовольственных товаров».

По-разному можно оценивать с позиций сегодняшнего дня действия тех продовольственных комитетов. И осуждать, ибо он реквизировал запасы у помещиков и зажиточных крестьян, которых поспешно назвали тогда кулаками, и оправдывать, ибо хлеб и продовольствие, пусть не всегда справедливо, но все же распределялись между рабочими, нуждающимися семьями.

Другое дело, что реквизиция нередко выливалась в варварское ограбление, забирали все, что имелось в усадьбе, выгребали до последнего зернышка, обрекая «проклятых буржуев» на голодную смерть. Нередко вместе с продовольствием вывозили из усадеб и мебель, одежду, посуду, а иногда усадьбы вообще сжигали. Справедливая «реквизиция», таким образом, в некоторых случаях превращалась в эйфорию вседозволенности и безнаказанности.

Вот сцена, описанная в книге Святослава Рыбаса «Красавица и генералы» (Москва. Русский биографический институт, 1998 г.), в которой описываются события 1917 года именно в Макеевском районе:

«...Сейчас к хутору приближались интенданты голодного войска, называвшиеся продовольственной комиссией. И вряд ли их тронут мольбы и слезы...»

В разговоре с владельцем хутора члены комиссии сообщают:
- У нас тоже не сахар. Считай, по миру ходим. То ли побираемся, то ли грабим. Ты, хозяин, пойми нас: общество нас уполномочило от голода...

- Общество всегда по справедливости судит, - согласился Родион Герасимович, - обществом и прикрыться удобно, ежели что не по совести будет... Вы свою голодную силу против хлебороба выставили, а хлеборобу защиты негде просить.

Николай Хапланов "Макеевка История города (1690-1917) Книга 1"

 
Интересная информация? Поделись ей с другими: