Контуры индустриального города. Часть 4

Но вернемся ко второй половине девятнадцатого века. Поистине земля края была в ту пору беременна горюч-камнем.

- Согласны! - трижды прокричали сельчане, и Марков получил в пользование от общины 280 десятин земли, за которые ежегодно платил общине по 21 тысяче рублей. Кроме того, он должен был ежегодно выделять каждому двору села по 200 пудов угля, из них половину бесплатно, а вторую половину по 4 копейки за пуд.

С такими же приблизительно условиями сельчане отдали в аренду землю шахтовладельцу Зиновичу. От него сельское общество получало ежегодно по 3000 рублей и тоже уголь на каждый двор.

Дало землю общество и шахтовладельцам Курбатову, Ожичу. Тоже, конечно, не безвозмездно.

До сих пор вспоминают жители нынешнего села Макеевка рассказы своих прадедов, как шахтовладельцы перед голосованием на сходе «обрабатывали», то есть подкупали некоторых наиболее авторитетных сельчан, чтобы они и сами проголосовали, «как надо», и других уговорили. Как надо, это означало - за меньшую арендную плату.

А тех, кто шел на это, они благодарили отдельной платой, которая тогда называлась не взяткой, а хабаром. Правда, сельчане вскоре узнавали имена этих «хабарников», презирали их. Но оказывалось поздно. Поезд, как сказали бы сегодня, ушел, землю за меньшую арендную плату уже отдали, договор подписан.

Но так или иначе, а на полях Макеевской слободы, Ясиновской общины, на тех территориях будущего города Макеевки, которые тогда относились частично к области Войска Донского, а частично - к Екатеринославской губернии, появлялись все новые и новые шахты. Вначале мелкие, примитивные, потом - все крупней и крупней.

Некоторые владельцы, такие, как Иловайские, имели уже по несколько шахт. Другие обходились одной-единственной шахтенкой, которая была не в силах конкурировать с более мощными предприятиями и быстро прогорала. Сегодня уже никто не может и вспомнить названия некоторых из тех шахт, а те, о которых сохранились записи в документах или в воспоминаниях старожилов, давно уже прекратили свое существование.

Нет уже ни «Ивана», ни «Марии», ни «Сергея». В начале XXI века была закрыта и не до конца выработавшая свои ресурсы последняя шахта Иловайских - «София», которая в разное время называлась и «Софией-Наклонной», и «Софией-Вертикальной» а в последние десятилетия своей жизни носила имя революционера Андрея Батона.

Ушли в былое Берестово-Богодуховский рудник, Алексеевский и Прохоровский рудники, шахты «Игнатьевская», «Пастуховская», «Григорьевская» рудники Горшковский, «Буроз», «Шмидт», «Президент», славный Ясиновский рудник, многие другие.

Какие-то из них открывались еще во времена Иловайских и их современников, какие-то - намного позже, в конце XIX или начале XX века, но сегодня все они стали далекой историей, шахтами и рудниками, сделавшими многое для становления индустриального Донбасса и канувшими в Лету, уступив дорогу нынешним, технически оснащенным, мощным угольным гигантам.

Но это случится еще не скоро, ибо в нашем повествовании мы идем пока по второй половине XIX века, поэтому в дальнейшем еще не раз вспомним и трудовые, и революционные, и боевые дела коллективов названных и не названных угольных предприятий.

Николай Хапланов "Макеевка История города (1690-1917) Книга 1"

 
Интересная информация? Поделись ей с другими: